Преамбула (из времен фидо)
Есть такой фонд "Русский мир", который возглавляет Никонов, внук Молотова. К ним в редакцию пришло письмо с воспоминаниями румынского военнопленного. Попросили написать статью. По политическим причинам статья не была опубликована. Публикую здесь.
ПС. Одним из лучших проектов о памяти считаю сайт Драбкина "Я помню". Самый любимый.
История румынского военнопленного, который прошел ГУЛАГ, но любит Россию
Первую половину жизни люди не читают воспоминаний и мемуары. Вдумайтесь! Первые тридцать (в моем случае сорок) лет своей бесценной жизни мы не интересуемся людьми, которые нас окружают. Мы читаем Джека Лондона, Гарри Поттера, Шекспира, но нам наплевать на людей, которые прожили жизнь и что-то хотят сказать о себе.
Можно сказать, что это обычный круговорот жизни. Но это не совсем так. Когда появляются дети, хочется помимо себя передать еще и какое-то чувство сопричастности к пространству и времени, в котором ты живешь. Возможно, что это называется чувство Родины, но вот в воспоминаниях о которых речь пойдет позже, человек живет совершенно в другой стране. Да и прожил жизнь, абсолютно отличную от тех условий, в которых жили мои родители и деды.
( Read more...Collapse )
Есть такой фонд "Русский мир", который возглавляет Никонов, внук Молотова. К ним в редакцию пришло письмо с воспоминаниями румынского военнопленного. Попросили написать статью. По политическим причинам статья не была опубликована. Публикую здесь.
ПС. Одним из лучших проектов о памяти считаю сайт Драбкина "Я помню". Самый любимый.
История румынского военнопленного, который прошел ГУЛАГ, но любит Россию
Первую половину жизни люди не читают воспоминаний и мемуары. Вдумайтесь! Первые тридцать (в моем случае сорок) лет своей бесценной жизни мы не интересуемся людьми, которые нас окружают. Мы читаем Джека Лондона, Гарри Поттера, Шекспира, но нам наплевать на людей, которые прожили жизнь и что-то хотят сказать о себе.
Можно сказать, что это обычный круговорот жизни. Но это не совсем так. Когда появляются дети, хочется помимо себя передать еще и какое-то чувство сопричастности к пространству и времени, в котором ты живешь. Возможно, что это называется чувство Родины, но вот в воспоминаниях о которых речь пойдет позже, человек живет совершенно в другой стране. Да и прожил жизнь, абсолютно отличную от тех условий, в которых жили мои родители и деды.
( Read more...Collapse )
Друзья, а есть ли у кого-нибудь старые книги?
Подумываю открыть в центре Москвы лавку.
Подумываю открыть в центре Москвы лавку.
БЕККЕТ ШЕПТУХИ
Однажды вечером я застал Шептуху на Страстном бульваре. Он чистил яйцо над урной.
— Что происходит? — Остолбенел я.
— Ни-че-го, — мрачно ответил он.
ШЕПТУХА В ПРЕДВКУШЕНИИ
Однажды на Страстном я стал разливать водку и Шептуха упал в обморок.
— На меня так действует бульканье, — очнулся он.
СТАБИЛЬНОСТЬ ШЕПТУХИ
Однажды я похвастался Шептухе, что получил пособие по карантину.
— Пропили моё, пропьем и твоё, — уверенно ответил он.
ГАНДИ ШЕПТУХИ
Однажды Шептуха рассказал про школьный конкурс и как он перепутал слова в песне.
— Как это? — Не понял я.
— "Люди мира, на секунду сядьте!", — Быстро напел он.
ШЕПТУХА ПРИМИРЯЕТ
Однажды на Страстном Шептуха крупно выиграл у меня в карты.
— Зато ты гений, —пятился он.
http://shulpyakov.ru/?action=pageView&id=153&fbclid=IwAR26Dpk1c9g8nBuoWw4j5zK2AinDtUgx2FU3bIN7zI-_qbtDl-N9ysqQESg
Однажды вечером я застал Шептуху на Страстном бульваре. Он чистил яйцо над урной.
— Что происходит? — Остолбенел я.
— Ни-че-го, — мрачно ответил он.
ШЕПТУХА В ПРЕДВКУШЕНИИ
Однажды на Страстном я стал разливать водку и Шептуха упал в обморок.
— На меня так действует бульканье, — очнулся он.
СТАБИЛЬНОСТЬ ШЕПТУХИ
Однажды я похвастался Шептухе, что получил пособие по карантину.
— Пропили моё, пропьем и твоё, — уверенно ответил он.
ГАНДИ ШЕПТУХИ
Однажды Шептуха рассказал про школьный конкурс и как он перепутал слова в песне.
— Как это? — Не понял я.
— "Люди мира, на секунду сядьте!", — Быстро напел он.
ШЕПТУХА ПРИМИРЯЕТ
Однажды на Страстном Шептуха крупно выиграл у меня в карты.
— Зато ты гений, —пятился он.
http://shulpyakov.ru/?action=pageView&id=153&fbclid=IwAR26Dpk1c9g8nBuoWw4j5zK2AinDtUgx2FU3bIN7zI-_qbtDl-N9ysqQESg
7 сентября 2020 года развелся и переехал на шоссе Энтузиастов.
Наткнулся на старую записную книжку. Цитаты из Борхеса, Федор Михайловича, Галковского и вдруг - собственная мысль: Чем дольше живёшь, тем длиннее истории, которые ты рассказываешь. Третий курс университета. Сейчас, спустя полжизни после этого, думаю, что все ровно наоборот. Чем короче история, тем она интереснее. Лаконичность есть первый признак гармонии. Из слов, нанизанных на сюжет, рифму, далее по вкусу, рождается музыка. Слышал, видел, но не поймал.
Мне нравится название этого фильма. Как будто кусаешь инжир. Вот тот самый, который продают на картоне бабушки по дороге к пляжу. Фиолетовые фрукты сложены горкой, а самые спелые, почти белые, лежат отдельно. Возьмёшь в руку недешевый, кстати, всегда фрукт, откусишь и обливаясь соком, спешишь побыстрее его съесть. Коррида, да и только. То ли ты ешь инжир, то ли инжир спешит быть съеденным.
Это была тоска по отдыху на юге России. А фильм называется "Фантазии Фарятьева". Примечателен тем, что Андрей Миронов впервые пытается выйти из амплуа комедийного актера. Есть на Ютубе.
https://www.youtube.com/watch?v=u3AYDzPD9Yc
Это была тоска по отдыху на юге России. А фильм называется "Фантазии Фарятьева". Примечателен тем, что Андрей Миронов впервые пытается выйти из амплуа комедийного актера. Есть на Ютубе.
https://www.youtube.com/watch?v=u3AYDzPD9Yc
Узнал, что фильм "Зелёный слоник" является культовым. Старость подкрадывается тихими шагами.
Мы называли его капитан Немо, потому что его лавка была похожа на батискаф. Капитан торговал старыми книгами в переходе под Тверской. В этой лавке он и жил. Сверху бесконечными потоками шли машины, а он спал на гранитном полу, подложив картонку. И не только летом, но и в морозы. Где-то в Переделкино у него была водокачка, но чаще он ночевал в лавке. Обложенный старообрядческими требниками, книгами по искусству, картами и иконами, он спал под Тверской как убитый. И пластиковые бутылки с водой охраняли его сон.
На что он жил, никто не знал. Но часто какие-то смутные объекты совершенно разной наружности приходили к нему гости, вынимали из сумок и рюкзаков деревянных буд, книги советской литературной критики, которые он презрительно бросал в угол, открытки, литографии и гравюры, о которых тут же начинался эмоциональный торг.
Однажды кто-то принес капитану дневник московского приказчика, который перекупал ткани на ярмарке в Ирбите и торговал ими на Кузнецком мосту. Всю жизнь он пытался вести свой дневник (до женитьбы записей было много), позже – лишь краткие заметки на полях. «Выдали Полиньку, свадьба обошлась в 600 руб.». И расписано – на что потрачены деньги.
В конце дневника каллиграфическим почерком рачительного домохозяина было написано стихотворение. Я было подумал, что это его собственное стихотворение, но нет – из записей следовало, что принадлежит оно тестю приказчика, современнику Пушкина. Я так никогда и не узнаю, какая сила заставила переписать его это стихотворение и какая же есть тайна – в этой и другой поэзии.
А стихи дрянные, вот они.
Стучитъ
Надъ головой моей
Трепещутъ и шумятъ
Верхи березъ и липъ
Весеннiй ароматъ
Кругом меня разлитъ…
А въ сердце смерть стучитъ!
Лазурный сводъ небесъ
Прозраченъ такъ и чистъ!
Вот ландышъ молодой.
Как свежъ онъ и пушистъ
Слезой росы облитъ
А в сердце смерть стучитъ.
Как соловей поетъ!
Как плещетъ ручеекъ!
Как ласково въ лицо
Мне дышитъ ветерокъ,
И не услышитъ и томитъ…
А в сердце смерть стучитъ.
Стучитъ… о этот стукъ!
Ни плеск лесных ручьевъ.
Ни песни соловъев
Ни ветеръ, ни листвы
Весеннiй ароматъ,
Его не заглушитъ.
На что он жил, никто не знал. Но часто какие-то смутные объекты совершенно разной наружности приходили к нему гости, вынимали из сумок и рюкзаков деревянных буд, книги советской литературной критики, которые он презрительно бросал в угол, открытки, литографии и гравюры, о которых тут же начинался эмоциональный торг.
Однажды кто-то принес капитану дневник московского приказчика, который перекупал ткани на ярмарке в Ирбите и торговал ими на Кузнецком мосту. Всю жизнь он пытался вести свой дневник (до женитьбы записей было много), позже – лишь краткие заметки на полях. «Выдали Полиньку, свадьба обошлась в 600 руб.». И расписано – на что потрачены деньги.
В конце дневника каллиграфическим почерком рачительного домохозяина было написано стихотворение. Я было подумал, что это его собственное стихотворение, но нет – из записей следовало, что принадлежит оно тестю приказчика, современнику Пушкина. Я так никогда и не узнаю, какая сила заставила переписать его это стихотворение и какая же есть тайна – в этой и другой поэзии.
А стихи дрянные, вот они.
Стучитъ
Надъ головой моей
Трепещутъ и шумятъ
Верхи березъ и липъ
Весеннiй ароматъ
Кругом меня разлитъ…
А въ сердце смерть стучитъ!
Лазурный сводъ небесъ
Прозраченъ такъ и чистъ!
Вот ландышъ молодой.
Как свежъ онъ и пушистъ
Слезой росы облитъ
А в сердце смерть стучитъ.
Как соловей поетъ!
Как плещетъ ручеекъ!
Как ласково въ лицо
Мне дышитъ ветерокъ,
И не услышитъ и томитъ…
А в сердце смерть стучитъ.
Стучитъ… о этот стукъ!
Ни плеск лесных ручьевъ.
Ни песни соловъев
Ни ветеръ, ни листвы
Весеннiй ароматъ,
Его не заглушитъ.
Думал, что потерял текст интервью с Пайпсом, однако поиск по почте (ура мэйл.ру) нашел вариант, который отсылал в редакцию. В газете ГАЗЕТА (вот ведь брендирование) его подредактировали, опубликовали и там он и благополучно сгинул.
«Осторожно: демократия!»
«Жалкий антисоветчик», преисполненный «патологической ненависти к СССР и глубокого невежества» - так клеймили Ричарда Пайпса в газете «Правда» в статье «Осторожно: Пайпс!». Спустя 16 лет мы встретились с ним в Третьяковской галерее, где профессор Гарвардского университета работает над очередной книгой по русской истории.
О том, каким видит будущее России ястреб американской дипломатии. О человеке, при интеллектуальной поддержке которого Рональд Рейган, фанатично преданной идее борьбы с империей зла, разрушил СССР. О Путине-националисте и Солженицыне-антисемите в интервью-диалоге с «».
( Read more...Collapse )
«Осторожно: демократия!»
«Жалкий антисоветчик», преисполненный «патологической ненависти к СССР и глубокого невежества» - так клеймили Ричарда Пайпса в газете «Правда» в статье «Осторожно: Пайпс!». Спустя 16 лет мы встретились с ним в Третьяковской галерее, где профессор Гарвардского университета работает над очередной книгой по русской истории.
О том, каким видит будущее России ястреб американской дипломатии. О человеке, при интеллектуальной поддержке которого Рональд Рейган, фанатично преданной идее борьбы с империей зла, разрушил СССР. О Путине-националисте и Солженицыне-антисемите в интервью-диалоге с «».
( Read more...Collapse )
Не могу привыкнуть к правильному ударению в слове бЕргамо. Тут же вспоминается Константин Райкин с песенкой из "Труффальдино из Бергамо".
Comments
Я был, правда простым пойнтом, не нодом.
> Во-вторых, остались люди
Это микроскопическое количество, очевидно.
Я не хочу сказать, что этим нельзя заниматься, можно, конечно, но шансов очень мало.
Лучше всего…
Народ в теории вам понесёт сдавать макулатуру, а вы её будете пытаться продавать.
Барыши будут отрицательные, естественно.
Это можно делать, когда у вас есть квартира на…